О Рае в Библии

Каков Рай, можно ли узреть его духовными очами, описать земными словами?

Красноречивый апостол Павел смог сказать лишь следующее:
2 Кор. 12:2. Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет [в теле ли – не знаю, вне ли тела – не знаю: Бог знает] восхищен был до третьего неба.
2 Кор.12:4. что он был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать.

Однако уже в самом начале Библии, во второй главе книги Бытия говорится о райском Эдеме (Едеме):
И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал:
И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла.
Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки.
Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото;
и золото той земли хорошее; там бдолах и камень оникс.
Имя второй реки Гихон [Геон]: она обтекает всю землю Куш.
Имя третьей реки Хиддекель [Тигр]: она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат.
И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его.

В самом конце Библии, две заключительные главе в основном посвящены описанию постапокалиптического града — Небесного Иерусалима. Вот пара цитат из предпоследней и последней глав соответственно:
И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего, ибо слава Божия осветила его, и светильник его – Агнец.
Спасенные народы будут ходить во свете его, и цари земные принесут в него славу и честь свою.
Ворота его не будут запираться днем; а ночи там не будет.
И принесут в него славу и честь народов.
И не войдет в него ничто нечистое и никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни.

И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца.
Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева – для исцеления народов.

Так как же эти библейские описания Эдема и Небесного Иерусалима согласуется с тем, что апостол Павел не смог подобрать слов для описания райского мира Третье Небо?

Самим Иисусом Христом сказано:
Ин.14:2. В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам.
Ин.14:3. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я.

Вот как толкует данные слова Христа профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии Александр Павлович Лопухин в своей толковой Библии:
Продолжая успокаивать апостолов, как детей, скорбящих при разлучении с любимым отцом, Христос открывает им, что скоро увидится с ними опять. Теперь же Он идет приготовлять Им место в доме Отца Своего.
«В доме Отца». Царство Небесное, которое здесь Христос называет домом Отца Своего, изображается под видом обширного царского дворца, в котором живет восточный монарх со своими многочисленными сыновьями, причем каждый из сыновей имеет для себя отдельное помещение.
«А если бы не так, Я сказал бы вам». По русскому синодальному изданию, через постановку в конце этой фразы двоеточия последующие слова не сохраняют никакого самостоятельного значения, составляя только окончание предшествующей фразы. При таком чтении, однако, совершенно неясным представляется выражение 3-го стиха: «и когда пойду». Ведь, согласно синодальному чтению, Господь не сказал ученикам, что Он пойдет, а «сказал бы», если бы обителей для учеников еще не было. Напротив, если поставить после слов «сказал бы вам» точку (как сделано в славянском тексте), то смысл первых слов 3-го стиха является совершенно ясным и связь 3-го стиха со 2-м вполне естественной. При таком чтении получается следующая мысль: «Если бы не так, т.е. если бы на самом деле никаких обителей на небе не существовало, то Я, Которому все небесное известно хорошо (Ин. 3:11–13), сказал бы вам об этом и не стал бы обольщать вас несбыточными мечтами. Но обители эти, несомненно, существуют, и Я даже иду на небо для того, чтобы вам выбрать лучшие».
«Приготовлю вам место». Господь, как выражается апостол Павел, явился нашим предтечей на небе (Евр. 6:20), открыл нам путь в Царство Небесное.
«Приду опять». О каком пришествии Христа здесь говорится? О последнем ли, которое будет иметь место перед кончиной мира, или же о пришествии таинственном, духовном, во Святом Духе? Kажется, здесь нельзя понимать ни того, ни другого. О пришествии на суд Господь не мог здесь говорить потому, что это пришествие, как знал и Сам Христос, было чрезвычайно далеко, да притом и апостолы едва ли могли утешиться мыслью о свидании с Господом в отдаленном будущем после того, как они воскреснут; на Марфу, по крайней мере, мысль о том, что она увидится с братом «после» воскресения мертвых, не произвела успокоительного действия (Ин. 11:24–25). Нельзя также понимать здесь и пришествие Господа в Святом Духе-Утешителе, потому что о ниспослании Его Господь еще не сообщил апостолам. Как же могло утешить их то, чего они еще и уразуметь не могли? Правдоподобнее то мнение, что Господь говорит здесь о Своем воскресении, после которого Он снова придет к ученикам: о Своем воскресении Господь говорил ученикам и прежде (Мф. 17:9; Мк. 9и др.). Но при таком понимании остается непонятным следующее выражение: «и возьму вас к Себе…» После воскресения ученики не были тотчас взяты ко Христу. Поэтому правильнее полагать, что Господь здесь говорит не о Своем пришествии к ученикам только по воскресении Своем, а вообще о том, что Он будет являться ученикам в момент их кончины и брать их души в вечный покой. Поэтому-то и святой Стефан, умирая, говорил: «Господи Иисусе! приими дух мой» (Деян. 7:59; ср. 2Кор. 5:8; 1Фес. 4:17).
Ефрем Сирин о Рае
Привожу ещё прекрасные слова о Рае святого Ефрема Сирина из его книги, которая так и называется «О Рае»:
«Духовным оком воззрел я на рай. Вершины всех гор низки пред его высотой. Едва пяты его касались высокие волны потопа; благоговейно лобзали стопы его и возвращались назад, чтобы подавить и попрать вершины гор и высот. Одну пяту рая лобзал потоп, сокрушивший всякую высоту. Но как ни высоко поставлен рай, не утомляются восходящие туда, не обременяются трудом наследующие его. Красотой своей исполняет он радости и влечет к себе шествующих, осиявает их блистанием лучей, услаждает своим благоуханием. Светоносные облака образуют из себя кущи для соделавшихся достойными его. Нисходят из кущей своих сыны света и радуются на той земле, где были они гонимы; ликуют на хребте моря и не утопают, где не утопал и Симон – камень. Блажен, кто видит, что и возлюбленные его с ними же вместе: и здесь долу в их сонмах, и там горе в их обителях! Колесницы их – облака, с легкостью несутся по воздуху. Каждый воспаряет во главе тех, которых он обучал. Подвижнические труды его стали для него колесницей, а сонм учеников его – славным сопровождением. Блажен, кто увидит пророков, воспаряющих с ликами их, и апостолов – с сонмами их! «Иже сотворит и научит, сей велий наречется в Царствии Небеснем» (Мф.5:19). Далек от взоров рай, недосягаем он для ока поэтому можно отважиться изобразить его разве только в сравнениях. В светлом венце, какой видим около луны, представляй себе рай; и он так же окружает и объемлет собой и море, и сушу. Но неудержимы уста мои, не насыщаются сладостью рая. Представим и другие его подобия. Моисей сделал венец на величественном жертвеннике (Ис. 27:3), золотым венцом увенчал он жертвенник. Таков и рай – этот прекрасный венец, увенчивающий собой вселенную».
Творение святого Ефрема Сирина «О Рае» в целом прекрасно и возвышенно, поэтично и благородно. Лишь его предсмертное завещание несколько мрачновато. Желающим насладиться описанием дивных райских красот, что созерцал великий святой ещё при своей земной жизни, наверное стоит ограничиться знакомством с первой дюжиной глав его замечательного труда.
Есть у Ефрема Сирина ещё маленький, но настолько практически важный труд «О блаженных обителях», что цитирую его целиком:
Многими обителями у Отца Спаситель называет меры разумения водворяемых в оной стране, разумею же те различия и разности, с какими наслаждаются там, сообразно со своим разумением. Ибо Господь наименовал многие обители, не по разности мест, но по степени дарования. Как лучами солнца чувственного наслаждается всякий, по мере чистоты зрительной силы и впечатления, и как от одного светильника, освещающего один дом, каждый луч бывает различен, между тем как свет не делится на многие светильники: так в будущий век все праведные водворяются нераздельно, в единой радости. Но каждый в своей мере озаряется единым мысленным Солнцем, и по степени достоинства почерпает радость и веселие, как бы в одном воздухе и месте, седалище, созерцании и образе. И никто не видит меры и высшего и низшего, чтобы, смотря на превосходящую благодать другого и на свое лишение, не иметь в этом для себя причины к скорби и беспокойству. Да не будет сего там, где нет ни печали, ни воздыхания, но всякий, по данной ему благодати, в своей мере веселится внутренне, а по внешности у всех одно созерцание и одна радость! Кроме сих двух чинов нет иного посредствующего чина, разумею же один чин горний, а другой дольний; средина же их — сие разнообразие в различии воздаяний.
А если сие справедливо, как и действительно справедливо; что безрассуднее или безумнее, как говорить: «довольно для меня избежать геенны; а чтобы войти в царство, о том не забочусь». Избежать геенны уже значит войти в царство, равно как лишиться царствия значит идти в геенну. Писание не говорит нам о трех странах. Но что же говорить? Егда приидет Сын человеческий во славе Своей, поставит овцы одесную, а козлища ошуюю (Мф.25:31,33). Не сказал о трех чинах, но один чин одесную, а другой ошуюю, и отделил пределы их, по селениям их, сказав: идут сии, т.е., грешники в муку вечную, праведницы же в живот вечный (Мф.25:46), и просветятся, яко солнце (Мф.13:43); и еще: приидут от восток и запад, и возлягут на лоне Авраамовом во царствии небеснем. Сынове же царствия изгнани будут во тму кромешнюю: ту будет плач, и скрежет зубом (Мф.8:11.12).

Приложение. Райские птицы

На Руси издревле известны три райские птицы: Сирин, Алконост, Гамаюн. Так их изображения есть в резьбе белокаменных соборов Владимира и Юрьева-Подольского, которые построены почти тысячу лет тому назад.

      Крылья птицы Сирин белые с голубыми и красными полосами, как карамелька, клюв — нежно-фиолетовый, заостренный, похожий на клинок, а глаза яркие, зеленые, цвета молодой листвы, и мудрые, благосклонные. Пение прекрасно, настолько прекрасно, что порою становится гибельным для смертных. Каждый плод надлежит вкушать в срок. Так плоды райского Древа Познания стали погибельными для пращуров рода человеческого, что вкусили их не в срок.

      Сходные сведения содержит и древнерусская подпись под одной из лубочных картинок с изображением райской птицы Алконост: «Алконост близ рая пребывает, иногда и на Евфрате-реке бывает. Когда в пении глас испущает, тогда и самое себя не ощущает. А кто вблизи тогда будет, тот всё на свете забудет: тогда ум от него отходит, и душа из тела выходит».

      Что-же касается райской птицы Гамаюн, то ей посвятил прекрасные и трагические стихи Александр Блок в своём стихотворении «Гамаюн, птица вещая»:
Гамаюн — птица на дереве
На гладях бесконечных вод,
Закатом в пурпур облеченных,
Она вещает и поет,
Не в силах крыл поднять смятенных…

Вещает иго злых татар,
Вещает казней ряд кровавых,
И трус, и голод, и пожар,
Злодеев силу, гибель правых…

Предвечным ужасом объят,
Прекрасный лик горит любовью,
Но вещей правдою звучат
Уста, запекшиеся кровью!

число просмотров страницы/записи без учёта админов (26)